Правильные поступки

.

Как-то раз мы играли дома против нашего заклятого соперника. Мы демонстрировали достаточно посредственный хоккей, но по-прежнему оставались в игре незадолго до окончания третьего периода. На падающем флажке соперник сумел забросить нам шайбу, играя в меньшинстве. Вскоре после этого один из старших игроков моей команды встал на вбрасывание на синей линии нашей зоны атаки и внезапно атаковал игрока соперника. С его стороны это выглядело смешным проявлением отсутствия характера, которое возникло из ниоткуда. Очевидно, игрок потерял самообладание.


Арбитры наказали игрока малым штрафом и оставили его в игре. Когда арбитр подъехал к нашей скамейке, я сказал ему: «Я убираю этого игрока с площадки. Трактуйте момент как вам будет угодно, но для него игра завершена». Все выглядит просто, когда арбитр принимает на себя вашу ответственность за соблюдение вашими подопечными правил. Но что, если возникает ситуация, когда арбитр не замечает нарушения правил, а тренер видит всё?
Мы все сталкивались с ситуациями, когда игрок оставался безнаказанным за поведение, идущее вразрез с командными ценностями. Существует множество проявлений подобного поведения. Это может быть атака игрока, не владеющего шайбой во время вбрасывания, что дает вашей команде преимущество. Подобные действия могут трактоваться как искусство выигрывать. Но как быть с игроком, который симулирует и зарабатывает этим удаление у команды соперника? Когда искусство выигрывать переходит грань и превращается в обман? Как насчет удара клюшкой исподтишка? В данном случае речь идет о грязной и опасной игре. А что если из третьих уст вам доносят информацию, что ваш игрок позволял себе расистские выходки?
Спортивная этика не может быть частичной. Она либо присутствует постоянно, либо ее нет. В соответствии с нашими культурными ценностями мы должны честно смотреть на вещи и принимать на себя ответственность. В то же время, необходимо уметь выбрать правильное наказание за нарушение правил.
У нас был один первокурсник, который совершил проступок, оставшийся вне поля зрения арбитров. Когда он сменился, я подошел к нему и сказал: «Если ты собираешься и дальше так играть, то будешь сидеть на трибунах. Ты должен играть жестко, но наша команда не действует грязно и не мстит сопернику. Подобные действия недопустимы». В оставшееся время игры он практически не выходил на лед, и он знал почему. Я не снял его с игры немедленно, но, если бы он продолжил вести себя несоответствующим образом, я был готов принять более жесткие меры. Я бы не стал использовать такого игрока в конце игры, когда он не может контролировать собственные эмоции. Суровость наказания повышалась бы по мере снижения дисциплины игрока.
Схожие меры применялись к симулянтам. Им говорилось, что в нашей команде так не играют, и что подобными поступками хоккеист позорит себя и команду.
Что касается опасной игры или расистских выходок, здесь не может быть никаких поблажек. В любой ситуации применяется индивидуальный подход, но только не в этом случае, вне зависимости от того, когда игрок позволяет себе подобное: во время очередного матча, турнира или обычной тренировки. Некоторые вещи являются неправильными по своей сути и просто не должны происходить. Сложнее всего принять решение непосредственно во время игры, когда совершается поступок, если на кону стоит результат.