Решающей является матовая идея!

.

Довольно! Эти цитаты убедительно доказывают, что гениальный сочинитель «Ворона», блестящий автор «Эврики» и «Диалога между Моносом и Уной» в данном случае либо сам грубо ошибся, либо по неизвестным причинам сознательно вводит в заблуждение своего читателя. Шахматы нельзя сравнивать ни с одной игрой за столом, а именно, по одной принципиальной причине, которая накладывает на шахматы отпечаток искусства. Другие игры при этом не унижаются, но ставятся на свои места.


Принципиальная разница между шахматами и любыми другими играми, целью которых является завоевание пространства, материала и т. д., состоит в том, что шахматам присуще нечто совсем особенное, а именно — матовая идея.
В начале шахматного поединка соперники тоже стараются выиграть друг у друга пространство и материал. Но как только появляется матовая идея, то есть мысль о том, как окружить главную вражескую фигуру, то для осуществления этой идеи оправданы любые жертвы времени, пространства или материала. Поэтому шахматы полезны, поэтому они так привлекательны, потому что — подчас подсознательно — напоминают нам о человеческом стремлении к идеалу, о радости самопожертвования ради идеи. И поэтому шахматы вызывают эстетические чувства, поэтому и торжествует в них чувство красоты, что внутренний дух шахмат полностью соответствует присущему нам стремлению к самопожертвованию.
Про какую другую игру можно хотя бы приблизительно сказать то же самое? Нет, никакой Эдгар По при всей его гениальности не может хоть как-нибудь обосновать — не говоря уже доказать — равное право всех названных им ИГР на существование! Ещё слабее у Эдгара По сравнение с вистом. Это сравнение неудачно именно потому, что при названной карточной игре человеческий мозг вынужден работать совсем иначе, чем в шахматах. Шахматы — это боевая игра данного момента и будущего — как только ход совершился, можно и не думать о том, что было на доске раньше. В то же время в бридже (чтобы ограничиться этой самой современной карточной игрой), для того чтобы слыть хорошим игроком, надо помнить не только состав каждой взятки, но и все карты, вышедшие из игры. А что касается мнимого «анализа», то из-за очень большого числа возможных сочетаний в бридже он действительно невозможен. Поэтому нападки, которым американский писатель подверг шахматы, прошли мимо цели. Всё же он заслуживает того, чтобы быть упомянутым как знамение времени.